Кони, гири и кронштадтский «Пайлот»: как в России XIX века создали первый ледокол
В северных странах непобедимым противником морских перевозок вплоть до второй половины XIX века было не пиратство, а… лед. Какими способами с ним боролись и как кронштадтский купец изменил мир судоходства — в материале «Энергии+».
Кони из Брюгге и филадельфийские гири
Во время суровой зимы 1382–1383 годов несколько лошадиных упряжек с двух берегов канала тянули плоскодонную баржу. Она медленно наползала на лед, остановивший все городское сообщение по воде, и проламывала его своей тяжестью. Это самое раннее свидетельство о «ледоколе» — оно сохранилось в Городском архиве города Брюгге.
Конскую тягу применяли на небольших реках и каналах, но фарватер на таком «движке» не расчистить. До середины XIX века морские льды пытались разрушать мощью хода корабля — с разгона. Правда, далеко продвинуться таким образом не удавалось: через некоторое время импровизированный «ледокол» застревал.
Специализированное судно для колки льда (City Ice Boat 1 — «Городская ледяная лодка 1») впервые спустили на воду в 1837 году в гавани Филадельфии. Это был деревянный колесный пароход с подъемными кранами. С их помощью на лед сбрасывали огромные металлические гири, а островки льда доламывал укрепленный нос лодки. Технология оказалась эффектной, посмотреть на зрелище собирались толпы прохожих, но расчистка фарватеров — а это приоритетная задача — проходила медленно.
Кронштадтский «лоцман»
Первый ледокол современного типа изобрел Михаил Бритнев, судовладелец из рода кронштадтских купцов. В 1862 году, вернувшись из Англии, где он обучался «архитектуре судов», Бритнев взялся обеспечить постоянную логистическую связь островного Кронштадта с материком и выстроил регулярный маршрут Кронштадт — Ораниенбаум (ныне г. Ломоносов). Теперь большую часть года между городами курсировал пароход, а когда залив замерзал, товары перевозили по льду. Однако дважды в год — пока лед был недостаточно прочным — сообщение прерывалось.
Чтобы справиться с этой проблемой, Бритнев превратил обычный паровой буксир «Пайлот» («лоцман» с английского) в настоящий ледокол современного типа. Он срезал носовую часть до угла в 20 градусов и максимально утяжелил нос судна. В теории такая конструкция позволяла «Пайлоту» наползать на лед и крушить его силой своей тяжести — без всякого разгона. В 1864-м изобретение впервые опробовали на практике — и задача по установлению регулярного пароходного сообщения с Ораниенбаумом была решена.
Через Гамбург к мировому успеху
Случайно или закономерно, но к следующему шагу в формировании отрасли ледокольных судов привела еще одна особенно холодная зима — 1870–1871 годов. Льдом сковало незамерзающие гавани в Балтийском регионе. Тогда идеи Бритнева стали мгновенно востребованы за рубежом, и российский изобретатель согласился продать гамбургским промышленникам право на строительство ледоколов по его технологии всего за 300 рублей (в конце XIX века зарплата рабочего составляла 29 рублей). При этом подача заявки и регистрация патента на изобретение в Российской империи обошлись в 400 рублей.
В итоге в Германии появился второй в мире ледокол современного типа — Eisbrecher («ломщик льда», то есть ледокол по-немецки). В порт Гамбурга, как в шоурум, нагрянули промышленники из других стран, и вскоре «близнецы» «Пайлота» появились в Дании, Голландии, Швеции, США, Канаде, Великобритании — словом, все страны, для которых лед стал проблемой, нашли благодаря русскому изобретателю идеальное решение.
В 1870-х Бритнев переоборудовал в ледоколы еще два буксира, а позже на своей верфи построил судна, которые изначально были задуманы как ледоколы — «Бой» и «Буй».
Вглубь Арктики
Успехи Бритнева открыли новую эпоху судостроения в России. Следующим стал первый в мире ледокол арктического класса «Ермак», который заложили в 1898 году. В его конструкции использовали тот же принцип, что и в судах Михаила Бринева. Вслед за «Ермаком» российские инженеры создали ледокольные арктические пароходы «Таймыр» и «Вайгач», благодаря которым исследователь Арктики Борис Вилькицкий открыл архипелаг Северная Земля. Во время его экспедиции суда впервые в истории прошли Северный морской путь с востока на запад.
Северный морской путь — кратчайший морской путь между Европейской частью России и Дальним Востоком, идущий по морям Северного Ледовитого океана и Берингову морю.
Успехи в освоении Севера привлекли внимание к научным разработкам в области ледокольных судов — в советское время ученые и инженеры создали первый атомный ледокол «Ленин», а следом за ним — многие другие.
Как однажды бывший буксир «Пайлот» обеспечивал непрерывность сообщения между Кронштадтом и Ораниенбаумом, так сегодня ледокольный флот России, крупнейший в мире, ведет суда по Северному морскому пути. Ледоколы прокладывают дорогу танкерам для транспортировки углеводородов из терминалов арктической зоны на Большую землю.
Благодаря этому продолжается развитие российской Арктики, где, согласно официальным данным, залегают 17 миллиардов тонн нефти и 85 триллионов кубометров природного газа.
